На Олимпе

II

Кадр (1)

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

Фотограф: Александр Течинский

I

4

10

9

11

12

Ничего серьезного

История бесполезных на первый взгляд изобретений, без которых жизнь была скучной, а в некоторых случаях – еще и менее удобной

Мыльные пузыри
Вначале, разумеется, было мыло – им пользовались еще в Древней Месопотамии. Вероятная история возникновения мыла звучит самым зловещим образом. Когда наши предки приносили жертвы своим богам, расплавленный животный жир смешивался с золой костра, а дождевая вода смывала полученную пенящуюся массу в реку, где люди стирали белье. Они быстро сообразили, что эта пена облегчает стирку, после чего научились соединять жир и щелочь и без жертвоприношений. Мыльные пузыри из древнего мыла получались сами собой – нужна была только палочка, чтобы их выдувать. Изображения этого нехитрого процесса были найдены на обломках Помпеи. Детей, выдувающих пузыри, рисовали также фламандские живописцы XVII века. А в наше время редко у какой юной музы не найдется фотографии в окружении парящих в воздухе и переливающихся от интерференции пузырей.

Промышленным способом мыльные пузыри стали выпускать в XIX веке в Англии – компания Pear Soap Company сделала это первой. В последние пару десятилетий пузыри стали еще более промышленными – популярность приобрели автоматы для их массового производства. Такие автоматы заказывают для праздников и вечеринок – ради сотен мелких пузырей или нескольких гигантских – в человеческий рост. Сегодня во многих странах проводятся парады и фестивали мыльных пузырей, а всего в мире ежегодно продается около 200 миллионов тюбиков с жидкостью для их выдувания.

Жевательная резинка
Как это ни странно, жвачку изобрели в качестве альтернативы табаку. Мода жевать табак пришла в Европу в XVI веке из Вест-Индии, распространилась в США, и около трехсот лет портила зубы и десны цивилизованному миру. Попытки заменить табак воском или парафином не увенчивались успехом. Американец Джон Кертис в 1850-х пробовал промышленно производить жвачку из хвойной смолы, взяв идею у племен средневековой Сибири и древних греков одновременно – и те, и другие жевали смолу для очистки зубов. Но в изделиях Кертиса попадались иголки, а это отпугивало покупателей.

Другой американец – нью-йоркский фотограф Томас Адамс экспериментировал с не менее древней технологией, и с гораздо большим успехом. Узнав, что племена майя после еды жуют каучук, он закупил большую его партию, немного поэкспериментировал, и уже в 1871-м году получил патент на первый станок для промышленного производства жевательной резинки. А через двадцать лет свою знаменитую фабрику создал бывший производитель мыла Уильям Ригли, гордость нации. Вскоре он выпустил на рынок первую продукцию – жвачки Wrigley Spermint и Juicy Fruit, вкус которых известен нам по сей день. Таким образом, жвачка выполнила поставленную перед ней задачу – вскоре после ее изобретения американцы бросили жевать табак. Последнюю точку в этом противостоянии Уильям Ригли поставил в тридцатых – он позаимствовал у табачников идею вкладывать в упаковки жвачек карточки с изображением героев комиксов и бейсбольных чемпионов, которые раньше продавались вместе с сигаретами.

Воздушные шарики
Несмотря на близость названий, воздушный шарик существенно отличается от воздушного шара. Во-первых, шары всегда одинаковой формы, а «воздушным шариком» может называться любая игрушка из латекса, наполненная газом, – даже когда она сделана в форме сердца или зайца. Во-вторых, у этих двух явлений совершенно разное происхождение. Воздушный шар или аэростат изобретали ради того, чтобы он полетел и поднял в воздух человека, а воздушный шарик – ради забавы. Для производства первых экспериментальных аэростатов использовалась легкая шелковая ткань, смоченная раствором каучука в скипидаре. А воздушные шарики поначалу изготавливались с гораздо меньшей долей эстетики – из мочевых пузырей свиней или других животных. Подлинно известно, что еще древние греки украшали свои пиры и церемонии раскрашенными и наполненными воздухом шариками.

Первый шарик из резины изобрел профессор Майкл Фарадей в 1824-м году. Он понадобился Фарадею для сугубо научной цели – экспериментов с водородом. Позже исследователи придумали заполнять шарики гелием, для того чтобы сделать их летающими. Поэтому теперь у воздушных шара и шарика гораздо больше общего, чем в древности – несмотря на абсурдность самой идеи летать на связке шариков, с их помощью вполне можно подняться над землей. В октябре 2001-го года англичанин Йен Эшпоул с помощью наполненных гелием шести сотен шариков достиг высоты 3350 метров.

Соломинка для напитков
Натуральная соломинка для напитков изготавливалась, естественно, из соломы – полых внутри стеблей злаковых растений. Она в процессе питья размокала, в ней застревали кусочки фруктов из коктейлей – было неудобно, но люди все равно пользовались соломинкой для напитков, потому что в этом есть особый шик.

Искусственную соломинку впервые создал американец Марвин Стоун в 1888-м году. Он скрутил ее из бумаги и запатентовал для промышленного производства. Диаметр изобретения Стоуна был настолько мал, что тянуть жидкость приходилось сразу из нескольких соломинок. Через почти полвека американский риелтор Джозеф Фридман усовершенствовал бумажную соломинку – вставил в нее винт, обмотал его зубной нитью ближе к краю и прижал, – часть соломинки приняла гофрированную форму. Джозеф Фридман не преследовал коммерческой цели, изобретая гибкую соломинку, – он просто хотел помочь своей дочери выпить коктейль с большим удобством. Но решил рискнуть и в 1937-м году получил на свою «трубочку для питья» патент, чтобы продать его производителям соломинок. Успеха эта идея не принесла – и тогда Фридман основал собственную корпорацию по выпуску гибких соломинок, продукцию которой оценили только через десять лет после изобретения. Когда закончилась Вторая мировая война, появилось много лежачих больных, которых было легче поить именно из соломинки Фридмана – уже не ради шика, а чтобы не проливать жидкость.

Батут
Первыми подобие батута создали эскимосы – во время праздников они на радостях подбрасывали соплеменников, удерживая растянутые шкуры моржей. И хотя другие народы тоже развлекались подобным образом – англичане, к примеру, – но все они использовали для этого плотные ткани, а суть батута не в этом.

Считается, что батут изобрел средневековый цирковой акробат Дю Трамполине. Сначала он создал подкидную доску, которую назвали в его честь трамплином, – а затем сконструировал под нее подкидную растягивающуюся сетку. Первые двести лет существования батуты использовали исключительно акробаты – на потеху публике они исполняли двойное и тройное сальто. В конце XIX века на батутах стали совершенствовать свой вестибулярный аппарат французские летчики – у первых самолетов была настолько несовершенная конструкция, что без специальных тренировок человек мог не выдержать нагрузку во время полета. После Первой мировой войны батутом заинтересовались американцы, которые официально ввели прыжки на нем в программу обучения летчиков армии США. А вскоре начался космический бум: и астронавты с одной стороны планеты, и космонавты с противоположной, – все обучались ориентации в пространстве с помощью батута. Массовое увлечение прыжками на батуте привело к возникновению соревнований, которые сначала были включены в программу по гимнастике, а вскоре начали культивироваться как самостоятельный вид спорта. В 2000-м году прыжки на батуте попали в программу Олимпийских игр, как отдельная дисциплина гимнастики. А ведь как легкомысленно все начиналось.

Марина Арсенова, AMOR №4

ЦСИ PERMM

Повесть о том, как Марат Александрович и Сергей Эдуардович, а также Артемий Андреевич
Российская Пермь – это примерно Запорожье. Провинциальный городишко, промышленный центр своего региона. Пермская главная улица напоминает рот больного кариесом человека – на одно здоровое реставрированное здание приходится по несколько обветшалых строений с налетом грязи на стенах. Летом здесь влажно, зима суровая, люди печальные, встречается много нищих. Здесь нет архитектуры или уютных парков, интересных развлечений, нет красивой набережной, хотя имеется широкая река Кама, с мелкими, зашитыми в канавки притоками, которые причиняют дополнительные неудобства усталым пермякам в их перемещениях по городу.
Некогда Пермь была центром советской оборонной промышленности, и вплоть до перестройки город оставался закрытым для посещений иностранными туристами. Сегодня иностранные туристы, как, впрочем, и туристы отечественные, Пермь все еще не посещают, хотя запреты сняты. Ворота в город – железнодорожный вокзал Пермь II – это трагедия смрада, триумф победы зла над чистотой и комфортом. Второй, но первый железнодорожный вокзал Пермь I закрыт за ненадобностью. Есть в городе и третий вокзал – речной. Советская обороноспособная Пермь была одним из ключевых узлов пассажирского судоходства, но все изменилось в перестроечные 1990-е. Здание речного вокзала какое-то время использовалось под торговлю, а после и вовсе было закрыто, пустовало, и постепенно разложилось бы до кирпичей и грязи, как и многое в Перми. Но случилось неожиданное.

Музей живого искусства
Именно здание речного вокзала, выстроенное советским архитектором Алексеем Гринбергом в суровой манере сталинского ампира, облюбовал первый герой этого текста – сенатор Пермского края Сергей Гордеев, назначенный на это место губернатором Пермского края Олегом Чиркуновым, который, в свою очередь, хорош тем, что искренне и лично ведет блог в живом журнале. Герой Сергей Гордеев, занимавшийся в течение жизни серьезным бизнесом, а в последнее время увлекшийся меценатскими проектами, дерзко возжелал создать в провинциальной Перми очаг культуры и творчества – музей современного искусства. Отважиться делать такой музей в провинции, в Зауралье, в захолустном городке с населением до 1 миллиона человек – на такое мог пойти только очень самоуверенный, склонный к риску человек с серьезными средствами и связями. Это как если бы Виктор Пинчук основал свой PinchukArtCentre не в столице Украины, а вот – в Запорожье.
Многострадальное здание речного вокзала оказалось как нельзя кстати. В продолжение мировой традиции делать из вокзалов музеи (а так произошло с Mus?e d’Orsay в Париже или с музеем современного искусства Hamburger Bahnhof в Берлине), сенатор Гордеев отдал распоряжение провести здесь ремонтные работы. Получился комплекс, где одновременно есть и условия для размещения экспозиции (стенды под живопись, высокие залы для инсталляций, отдельные комнаты, где удобно смотреть видео), и таинственные нефункциональные помещения (подвал, черная лестница), где художники мастерят новые экспонаты – лепят картины из скотча, деформируют манекенов, что-то красят. Это целая мастерская на задворках, – пример живого искусства, рождающегося здесь и сейчас.

«Русское бедное – деревянное и медное»
Задуманный музей должен был начинаться с масштабной выставки российского искусства, и Сергей Гордеев пригласил в кураторы проекта галериста Марата Гельмана. Второй герой этого текста – галерист и политтехнолог Марат Гельман – человек известный в России, а также в родных читателю украинских широтах, как организатор одной из первых в 90-е годы ХХ века частных галерей. Вместе герои придумали сделать выставку «Русское бедное» – собрание работ о том, как обстоятельства русской жизни стали мировоззренческим принципом современного российского искусства. О том, как художники научились создавать красоту из ничего – из подручных материалов вроде картона, пенопласта и досок. В общем, получилось – и по сути, и правдиво, и художники сплошь знаменитые. Всего в проекте приняли участие 36 творцов и объединений – группа АЕС, группа Синие Носы, Николай Полисский, Валерий Кошляков, Дмитрий Гутов, Анатолий Осмоловский, Александр Бродский, Петр Белый, Владимир Архипов и другие. Были на выставке и работы украинских авторов – Павла Макова, Максима Мамсикова, Жанны Кадыровой.
Открывшись в сентябре 2008-го года в адаптированном под экспозиционную деятельность здании речного вокзала, выставка через положенный срок переехала в Москву, где экспонировалась снова в рамках третьей Московской биеннале современного искусства. За первую неделю выставку в Перми посетили десять тысяч человек, пресса на культурную инициативу Сергея Гордеева и Марата Гельмана отреагировала положительно, – в общем, все прошло хорошо, и в марте 2009-го года Марат Гельман официально занял пост директора музея современного искусства PERMM.

«Скептики будут посрамлены»
Эта фраза – любимое выражение Марата Гельмана, когда речь идет о пермских проектах. Соратник галериста Артемий Лебедев усилиями читателей своего блога организовал афоризму дизайн, чтобы вышло нечто вроде логотипа, презентующего уровень веры директора PERMM Марата Гельмана в идею культурных инициатив. Артемий Лебедев, кстати, должен был развивать еще один смелый проект – Пермский центр развития дизайна. Однако 50 нужных миллионов рублей из краевого бюджета решено было все-таки отдать на здравоохранение, а не на дизайн. Скептики, вероятно, в этот момент аплодировали себе стоя, а проект сократился до осуществляемых время от времени ПЦРД лекций и конкурсов.
И все же за два года работы Сергея Гордеева и Марата Гельмана в Перми дело посрамления скептиков неплохо продвинулось. После выставки «Русское бедное» состоялся достаточно интересный «Евангельский проект» художников Дмитрия Врубеля и Виктории Тимофеевой. На выставке были представлены живописные работы, основанные на современных социальных фотографиях, и подписанные подходящими по смыслу цитатами из Библии. Управление федеральной службы по контролю оборота наркотиков по Пермскому краю даже нашло в картине, на которой изображены делающие себе внутривенную инъекцию подростки над библейским лозунгом «Но Иисус сказал: пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное», – пропаганду наркотиков. К счастью, никто от действий чиновников серьезно не пострадал, но дополнительный пиар выставке был обеспечен. Затем в музее PERMM проводились выставка проектов двадцати московских галерей «МосквАполис», экспозиция видеоарта «Видение», в которой приняли участие 40 зарубежных и российских художников (в том числе основатель видеоарта Нам Джун Пайк), двойной проект фотографов-блогеров Александра Слюсарева и Вячеслава amand-geld Козлова, экспозиция инсталляций художника Александра Бродского, – более и менее удачные проекты.

«Якщо/Если/If»
Самой резонансной выставкой для музея PERMM за последний год стала экспозиция украинского современного искусства «Якщо», открытие которой сопровождалось трехдневными гастролями в Перми отечественного фестиваля «Гогольfest» вместе с рядом «программных» украинских музыкантов. Герои здесь такие: куратор экспозиции Екатерина Деготь, она же – арт-критик и искусствовед, член-корреспондент Академии художеств, известная массам в качестве шеф-редактора отдела искусства портала OpenSpace.ru, – и Владислав Троицкий, руководитель театра «Дах». Для экспозиции Екатерина Деготь выбрала знаковые работы украинских авторов, рефлексирующих на тему Оранжевого Майдана и национальной идеи в целом. Это проект Сергея Браткова «Балаклавский кураж», произведения живописцев Александра Гнилицкого, Арсена Савадова, Василия Цаголова, работы молодых художников – все той же Жанны Кадыровой, харьковского шахтерописца Романа Минина. Из коллекции Марата Гельмана для проекта «Якщо» были позаимствованы картины художника Александра Ройтбурда и экспозиция харьковской школы андеграундной фотографии, из которой выросло творчество Бориса Михайлова и Сергея Браткова. В свою очередь, Владислав Троицкий привез в Пермь весьма известные не только в Украине, но и в России группы «Бумбокс» и «ВВ», ска-ансамбль «Перкалаба», эклектро-фолк певицу Катю Чили, выступившую с российской коллегой по жанру Инной Желанной, а также своих подопечных – театр «Дах» и группу «ДахаБраха». Таким образом, огонь в упоминавшемся уже пермском очаге культуры пылал в мае 2010-го в Перми настолько интенсивно, что оказался замеченным арт-критиками и корреспондентами престижных изданий по обе стороны российско-украинской границы, выставка «Якщо» и ее открытие также живо обсуждалась в блогосфере.

Собственный шрифт и группа «Океан Эльзы»
На память жителям города об украинском искусстве осталась внезапная инсталляция Николая Ридного с бетонными буквами «В» «Л» «А» «С» «Т» «Ь», выложенными непосредственно перед зданием Пермского законодательного собрания. А также ряд графических работ Гамлета Зиньковского и Романа Минина – харьковские художники задержались в Перми на целый месяц после открытия «Якщо», чтобы придать концептуальности серому облику города. Скептики в этом месте должны бы воскликнуть: «Больно надобна пермякам эта концептуальность! Лучше бы хороший детский сад построили!». Однако, как ни странно, жители Зауралья искусством интересуются. В «Книге отзывов» о проекте пермяки и гости города оставили множество отзывов – как радостных: «Интересная выставка, ярко отражает настроение страны!», так и ужасных: «Такой пошлости я в жизни не видела!». Одна жительница Перми по фамилии Тищенко, возмущенная обилием нецензурной лексики и изображением обнаженных тел на картинах, даже подала на Марата Гельмана в суд. Что поделать – в провинции искусством хоть и интересуются, но воспринимают его слишком буквально.
Еще из сопутствующих музею проектов можно отметить два фестиваля – московский «Пикник Афиши» (хедлайнеры – TeslaBoy, Мегаполис), прошедший в июне этого года, и музыкальный фестиваль «Движение» (хедлайнер – украинская группа «Океан Эльзы»), который состоялся в июле на территории пермского архитектурно-этнографического музея деревянного зодчества «Хохловка». Марат Гельман сотоварищи учредил также издательский дом «Соль», выпускающий одноименную интернет-газету, но с планами на ТВ и печатную прессу, а с легкой руки Артемия Лебедева у города появился даже свой собственный Пермский шрифт – штука нужная, хотя и редкая в российско-украинских реалиях. В общем, из заспанной промышленной провинции Пермь понемногу превращается в город культурных инициатив, где среди унылых улиц и серой погоды вырос и зеленеет праздничный куст современного искусства. И хотя граффити на стене – это не глобальная реконструкция города, а все же – скептики, идите к черту. Досуг, как известно, определяет культурное мировоззрение человека. Поэтому фестивали и выставки в провинции – это хороший и гармоничный путь развития общества. И, кстати, украинским губернаторам на заметку. В Запорожье (Луганске, Хмельницком, Кременчуге, Сумах, Мелитополе и других подобных городах) тоже неплохо бы организовать что-нибудь культурное. Ладно уж – музей. Хотя б галерейку.

Текст: Марина Арсенова, Dопинг, осень’2010.

Exposed Брайан Адамс

Певец Брайан Адамс теперь известен в Москве и в качестве фотографа – через два дня после концерта в «Крокус Сити Холле» открылась выставка Exposed: портреты знаменитых людей, сделанные Адамсом для глянцевых журналов Vogue, Harper’s Bazaar Interview и других. Всего фотографий около пятидесяти. На снимках – Стинг, Джуди Денч, Виктория Бэкхем, Лана Дель Рей, Линдси Лохан, – все довольно неплохие, но без бросающихся в глаза особенностей авторского стиля.

На общем фоне выделяются портреты Дэнни Трехо: крупный план, на котором грубая кожа актера кажется резиновой маской; и второй – Трехо сидит в куртке и шерстяных носках рядом с полуголой оплывшей женщиной, – по этому изображению можно придумать рассказ. Также сюда стоит прийти ради трех портретов Эмми Уайнхаус – особенно интересен тот, что выставлен в коридоре: непривычная, смеющаяся Эмми сидит на полу у проигрывателя.

На открытии среди гостей было много красивых девушек, фотографирующихся на фоне портретов Пинк и Ланы Дель Рей. Представил выставку лично Брайан Адамс. Позже в Мультимедиа Арт Музей приехала Наталья Водянова, которую он снял обнаженной у окна. Ее окружила пресса. «Наверное, мне лучше позировать вам, повернувшись спиной», – пошутила Водянова (на фото Адамса она именно так и позирует). Накануне журнал Harper’s Bazaar и фонд Водяновой «Обнаженные сердца» провел благотворительный аукцион, на который Брайан Адамс выставил свой общий с Натальей Водяновой портрет. Таким образом, визит Адамса в Москву оказался насыщенным событиями, как летние каникулы. Выставка Exposed будет открыта для посещения с 3 по 29 июля.

Текст: Марина Арсёнова. Фото: mamm-mdf.ru

Контрасты Грега Гормана

Остается последний шанс, для того чтобы посетить выставку Грега Гормана «Особый взгляд» в Центре фотографии им. братьев Люмьер, — через четыре дня она закроется. В экспозиции представлены почти двести портретов известных людей нашего времени и прошлых лет — от Леонардо ди Каприо и Джареда Лето до Энди Уорхола и Девида Боуи. Грег Горман снял, кажется, всех красивых знаменитостей последних десятилетий, и сделал это действительно особенным образом — его авторский почерк характеризует контрастное освещение черно-белых портретов. Еще одна, менее заметная черта — воспетая Горманом эстетика тела — правильных пропорций, классических черт лица и сексуальности. Музыканты, модели и голливудские актеры  получаются на его фотографиях томными и прекрасными, как Олимпийские боги.

А теперь слайды и неполный список тех, кто попал в объектив Гормана:  Джонни Депп, Киану Ривз, Энди Уорхол, Иман, Леонардо Ди Каприо, Вигго Мортенсен, Руперт Эверетт, Марк Уолберг, Джуд Лоу, Том Круз, Марлон Брандо, Энтони Хопкинс, Софи Лорен, Аль Пачино, Барбара Стейзанд, Алек Болдуин, Роберт Де Ниро, Брэд Питт, Кира Найтли, Дженнифер Лопес, Антонио Бандерас, Ким Бесингер, Джон Траволта, Элтон Джон, Майкл Джексон, Дэвид Боуи, Моррисси, Джон Майэр, Бетт Мидлер, Грэйс Джонс и Фрэнк Заппа.

Текст: Марина Арсёнова. Фото: lumiere.ru

Терапия Drink & Draw

В Москве раз в неделю проходят удивительные в своей простоте и гениальности мероприятия с говорящим названием Drink & Draw. Гостям выдается мольберт, кисти и краски, а также бокал вина (алкоголь, кроме того, можно принести с собой) — это нехитрое сочетание творит чудеса: вполне приличные картины получаются даже у тех, кто в школе не мог ровно нарисовать двоеточие.

Дело в том, что само по себе рисование — процесс хоть и весьма занимательный, но благодаря алкоголю он становится терапией — раскрываются чакры, исчезает чувство неуверенности в своем художественном даровании и такое прочее. Выпив, участники перестают бояться неверных мазков, и расслабленно отдаются искусству.

Готовые работы выставляют у стеночки, и под руководством организаторов Drink & Draw каждый из участников в двух словах делится впечатлениями обо всем с ним произошедшем и рассказывает, о чем картина. Многие не рисовали с детства. Многие, кстати, не говорят по-русски (поэтому организаторы переводят все сказанное на английский и обратно). И многие действительно неплохо рисуют. На прощанье каждую работу заворачивают в красивый конверт — гости уносят свои произведения с собой.

Участники Drink & Draw собираются обычно по субботам в кафе Exlibris, расположенном в здании библиотеки-читальни имени И. С. Тургенева. Адрес: М. «Тургеневская». Бобров переулок, дом 6, строение 1. Там же заодно найдете живописнейший тихий сквер, где цветут деревья, чирикают птицы и нет машин.

У проекта есть сайт drinkdraw.ru и группа на Facebook. Стоимость посещения — 1 тысяча рублей.